“Ночь гнева”: потеря достоинства или артефактов?

“Почта” выяснила, что именно уничтожили во время погромов админзданий и кто и за какие деньги теперь будет восстанавливать разбитое. Историк Ярослав Грицак подчеркнул: “свои” Львов так громили впервые!

“Ніч гніву”: втрата гідності чи артефактів?

фото: Евгений Кравс

Ночь с 18 на 19 февраля стала для горожан настоящим потрясением. Впоследствии ее назвали “ночью гнева”. Тогда разъяренные активисты, среди которых, возможно, были провокаторы, разгромили с десяток админзданий города . Львов помнит много бед и горя: убивали людей, вывозили ценности, но поднять руку на архитектурные шедевры в знак протеста горожане до сих пор не решались. То ли уровень культуры тогдашних горожан был значительно выше, не было на то причин…

Кто отремонтирует?!

“Ніч гніву”: втрата гідності чи артефактів?

Ветхие окна и двери в помещении прокуратуры Львовщины (фото: Андрей Полевой)

Во время февральских погромов во Львове “пострадало” более десятка административных зданий, из них три относятся к памятникам архитектуры. Речь идет о помещении областной прокуратуры, городское и областное управление милиции.

Прокурор Львовщины Олег Василенко назвал захват админзданий “вандализмом и банальным ограблением”. Он говорит, что во время погрома очень пострадал второй этаж, который принадлежит к наследию ЮНЕСКО. Также повредили деревянные элементы интерьера здания. Кроме того, было потеряно и часть витража. Как писала “Почта”, с его слов, ущерб будут возмещать за бюджетные средства. Кроме того, облсовет и органы местного самоуправления пообещали рассмотреть вопрос частичного финансирования восстановления интерьера.

Относительно городского управления милиции, то там большой ущерб архитектурному памятнику не нанесли. Как отметил главный милиционер Львова Сергей Зюбаненко, даже представители львовского бизнеса готовы финансировать восстановление помещения.


“Ночь гнева” – кампания для того, чтобы в очередной раз унизить Львов, показать львовскую “дикость”

Однако львовские бизнесмены это отрицают. “Предприниматели всеми силами пытались убедить людей, что не нужно крушить здания. Удалось спасти только налоговую. Мы объясняли людям, что это – имущество самих львовян. Нам потом придется за свои деньги все восстанавливать, – отметил вчера “Почте” член Комитета предпринимателей Львовщины Ярослав Рущишин. – Не отказываюсь финансово помочь восстанавливать что-то после революции, а не после банального мародерства. Я за то, чтобы найти виновных и наказать их. А революционером нужно быть в Киеве!”

Собеседник отметил, что трехмесячные противостояние очень истощили львовских предпринимателей, поэтому маловероятно, что найдутся деньги, чтобы восстановить памятники архитектуры. “Пусть руку помощи теперь подадут нелегальные предприниматели, которые во время революции прятались по углам. Уверяю: бизнесмены истощены, ведь мы помогали с отправкой активистов на Киев и их возвратом, питанием. Мы шили бронежилеты… К примеру, чтобы “отжить”, мне надо минимум три-четыре месяца. Также все зависит от финансовой ситуации в стране”, – рассказал Ярослав Рущишин.

Аутентика?

“Ніч гніву”: втрата гідності чи артефактів?

фото: Лилия Онищенко

В “ночь гнева” во Львове в домах, являющихся памятниками архитектуры, побили много ценных витражей. К слову, некоторые из них только в прошлом году вернули из реставрации.

“В здании областной прокуратуры на проспекте Шевченко, 17 – 19, разбили те витражи, которые в декабре 2013-ого только установили в большом зале после реставрации. Всего в доме есть три большие витражи: на лестничной площадке, в большом и в малом актовых залах. На лестничной площадке, к счастью, части витражей не было, ведь накануне их забрали на реставрацию в мастерскую”, – рассказала “Почте” начальник управления охраны исторической среды горсовета Лилия Онищенко.

Со слов собеседницы, очень уничтожили и входные двери со стеклом, которому сто лет! “Кроме того, от рук вандалов пострадали мебель. В частности, на втором этаже избили шкафчики, а также двери, ведущие в кабинеты (еще с теми старыми родными защелками). Их выломали”, – отметила Лилия Онищенко. Чиновница заверила, что в доме можно все восстановить, были бы только деньги. “Пока говорим с реставраторами. Возможно, кто-то бы смог благопристойно помочь. Пока желающих нет, ведь прокуратуре никто не хочет помогать”, – утверждает собеседница.

Кстати, Лилия Онищенко уверена: прокуратуры в этом доме не должно быть, поскольку там – уникальные интерьеры, а увидеть их никто не может.Над входом в здание есть два боковых и центральный витраж. “В соцсетях люди возмущаются, как кому-то поднялась рука на центральный витраж. Дело в том, что его уже давно не было. Уничтожили еще тогда, когда прокуратура только вселилась. Его без разрешения сняли и вставили стекло. Сначала витраж стоял в коридоре, но когда мы хотели его забрать – его уже не было”, – отметила чиновник.

Вне тем историки отмечают: исторические памятники в помещении прокуратуры не пострадали…. В частности, историк Андрей Козицкий считает, что в прокуратуре на самом деле повредили аутентичное стекло межвоенного периода.

“Побили один, но это не витраж. В словаре витражом называется конструкция из цветного стекла, соединенная медью или оловом. То, что повредили, нельзя назвать витражом в прямом смысле. Это, наверное, продукт Леона Аппеля. А пострадало аутентичное стекло межвоенного периода. Также немного закоптився фасад дома. Но он аутентичный? Нет, его красили множество раз в советское время. Это надо различать”, – говорит историк.

“Ніч гніву”: втрата гідності чи артефактів?

фото: Андрей Полевой

Он уверен: “ночь гнева” – кампания для того, чтобы в очередной раз унизить Львов, показать львовскую дикость. По мнению Андрея Козицкого, кроме этого “витража”, более ничего аутентичного не уничтожили. Выброшенные советские мебель и компьютеры или разорен евроремонт – это не разрушение самой исторической достопримечательности. Внутри не уничтожили ничего такого, что дошло бы до нас в неизменном состоянии.

По словам Лилии Онищенко, уничтожены витражи также и в областном управлении милиции. “Они, кстати, были в нормальном состоянии. Однако после штурма остались целыми только боковые. Центральные же избили. Их сейчас забрали в музей. И в прокуратуре, и в областной милиции витражи изготавливала краковская фирма Зеленского”, – отметила собеседница. А витраж, который разбили в городском управлении, не был столь ценным, как предыдущие, ведь “это даже не витраж, а склотравлення”.

Восстановить эти артефакты истории не так легко и дешево, хотя до сих пор суммы ущерба не подсчитали. Сейчас чиновники планируют в доме областного и городского управлений милиции поставить окна. У прокуратуры нет другого выбора – надо восстанавливать витражи. Предварительно реставрацию проводил Олесь Янковский. Сегодня мастер не может осмелиться посмотреть на то, что осталось от его работы…

“В исторической драме Львова уничтожали актеров, а декорации оставались…”

Ярослав Грицак, историк – о давние погромы в городе, февральский вандализм и львовскую “оазис спокойствия”

“Ніч гніву”: втрата гідності чи артефактів?

– Господин Ярослав, как считаете: погромы, произошедшие во Львове в ночь с 18 на 19 февраля, – акт вандализма?

– В определенной степени да. Ведь уничтожили не только, к примеру, имущество прокуратуры (хотя даже его не надо было вредить), но и, как мне сказала охрана на входе, мозаику, пережила все войны. Конечно, кто-то может назвать события в ночь с 18 на 19 февраля стихийными протестами. Я не возражаю. Но все понимаем, что главная линия фронта проходила тогда по улице Стрийской. И именно там было большинство сознательных людей. Увлечение же прокуратуры ничего не решало. Есть большое подозрение, что эту акцию было спланировано за пределами Львова.

– Возможно, помните, были ли в истории Львова подобные прецеденты.

– Львов, как и каждый большой город имел разное в своей истории. Но у него была и своя особенность: какие бы волны насилия не проходили им, страдали или даже гибли люди – город оставался практически невредимым. Условно говоря, в исторической драме Львова уничтожали актеров, а декорации остались. Крупнейший погром новой истории произошел в ноябре 1918 года. Тогда поляки после того, как отбили Львов от украинской власти, совершили массовый погром в еврейском участке. Они считали, что евреи были союзниками украинцев, поэтому их надо наказать.

Также имеем несколько волн насилия после ухода советской власти в июне 1941 года, когда открыли тюрьму на Лонцкого и другие тюрьмы. Волны насилия продолжались почти десять дней (прежде всего против евреев, которым мстили за якобы коллаборацию с большевиками, вплоть до расстрела польских профессоров). Но опять же – не имеем случае уничтожения домов. Больше всего страдали люди. Львов пережил две войны с большими потерями населения, но без больших потерь в архитектуре. Наибольшие потери связаны с немцами, когда они отступали в 1944 году. Эти люди грабили и вывозили все, что считали ценным. Но это было каплей в море по сравнению с тем, что пережили другие украинские города, в частности Киев.

Сейчас во Львове, по разным подсчетам, хранится более 50% памятников архитектуры и артефактов всей Украины. Поэтому не удивительно, что город является настолько привлекательным для туристов. Это тот культурный капитал, на котором можно строить будущее города.

– Прошу сказать, когда-нибудь львовяне устраивали погромы в своем городе.

– В старые времена были еврейские погромы, инспирированные поляками, были стычки между тогдашним православным и католическим населением. В межвоенную эпоху расстреляли рабочую демонстрацию (в 1936 году). Были и польские погромы украинских институтов в 1938 году. Но все это было весьма эпизодическим.

Самая большая разруха была связана с революцией 1848 года. Тогда австрийские войска, чтобы наказать восставших поляков, несколько дней подряд из пушек с Высокого замка бомбили центр города, избрав себе за главную мишень Львовский университет. Тогда он был на том месте, где сейчас Преображенская церковь и кинотеатр на улице Театральной. Университет они тогда разрушили полностью. Пострадали другие участки… Но потом австрийцы активно все отстроили.

– Как думаете, Львову долго придется оправляться после “ночи гнева”?

– Как бы мы не говорили, но эти потери не настолько велики. Гораздо большие угрозы были связаны с ситуацией в Киеве, поэтому, как говорил, главной задачей было не выпустить военных частей с улицы Стрыйской до Киева. Это удалось, и если они спасли жизнь хотя бы одного человека на Майдане – это уже хорошая цена, которую можно было заплатить. Мы обращаем внимание на эксцессы в центре города в ночь с 18 на 19 февраля.

Но мы должны отдать должное той организованности львовской общины и руководства города, которые переняли контроль над городом, чтобы предотвратить беспорядки. Все понимают, как во время революции трудно сохранять порядок. Львовянам это удалось. Я бы не очень сейчас боялся и волновался за Львов. Сейчас город – оазис спокойствия. Меня больше волнует ситуация в Крыму, Донецке и даже в Киеве.Беседовала Татьяна Сало

Обсуждение закрыто.